Вчера вечером, размещаясь в купе поезда "Камышин-Москва" Леонид не обратил внимания на свою попутчицу, так, скользнул взглядом по ее стройной фигуре, отметил хороший вкус явно пошитого по заказу платья, вежливо поздоровался и, уложив свой чемодан на багажную полку, отправился за постелью. Время было позднее, да и усталость, накопившаяся за день, не располагала к беседе, а потому, застелив свою любимую верхнюю полку, он разулся, скинул рубашку и лег спать. Утром, как всегда в дороге, проснулся он поздно. До Мичуринска было добрых двенадцать часов езды, и парень решил не торопиться вставать и поваляться еще в постели, от нечего делать пялясь в окно. Поезд медленно тащил свои вагоны, словно нехотя постукивали колеса и в такт им где-то внизу, на столе звякали стаканы. Первое время Ленька старался не обращать на это внимание, но когда их звон надоел ему, он свесил с полки голову и замер, так и забыв опустить руку. Его попутчица уже не спала, прикрыв дверь и, видимо, надеясь, что парень крепко спит, она переодевалась, сидя внизу. Скинув ночную рубашку, она неторопливо и аккуратно натягивала чулки на обнаженные, темные от загара ноги. Тонкие розовые бретельки лифчика туго обхватывали ее грудь, но чашечки были настолько малы, что под ними можно было укрыть разве что пятикопеечную монету. Естественно, они не скрывали ничего от восхищенного взгляда парня. Он легко угадал совершенную форму ее груди, и от этого где-то внизу живота у парня сладко засосало, почти непроизвольно он пошевелился, просовывая руку под одеяло, но тут кровать его предательски заскрипела, и женщина, вздрогнув, подняла голову. Их взгляды встретились, его растерянный и испуганный, ее спокойный и чуть насмешливый. Вместо того, чтобы вскрикнуть и поспешить прикрыть свое тело, как это часто бывает в подобных ситуациях, женщина улыбнулась и дружелюбно спросила: Уже проснулся? Да, вымолвил парень, не зная, как себя вести дальше. Но то, что поставило его в тупик, женщину, казалось, вовсе не волновало. Спокойно она закончила надевать чулки и только после этого накинула на себя халат, таким образом позволив Леониду еще в течение нескольких минут любоваться своим телом. И только застегнув халат на все пуговицы и повязав поясок, она вновь обратилась к парню: Скоро обещали принести чай, так что если собираешься завтракать, поторопись. Ленька послушно соскользнул вниз, нашарил ногой кроссовки, захватил полотенце и мыло и отправился умываться, все еще находясь под впечатлением происшедшего в купе. "А, собственно, что произошло? размышлял он. Случайно я увидел, как она переодевалась, но я ведь не подглядывал за ней, все действительно произошло случайно. И потом она, кажется, на меня не в обиде, а значит, мне не в чем себя упрекнуть. Что за глупое стеснение, ну было и было, незачем теперь постоянно краснеть и прятать глаза, как провинившийся школьник. Тем более, что она действительно красивая женщина, и ничего кроме удовольствия я не испытывал, когда пялился на ее грудь". В конце этих рассуждений парень пришел к выводу, что надо быть проще и вести себя так, словно действительно ничего не было. Поэтому в купе он вернулся совершенно умиротворенным, спокойным и веселым. Пока он отсутствовал, женщина собрала на стол немудреный завтрак, преимущественно состоявший из овощей, вареных яиц и незаменимой в поездках колбасы. Все это было живописно разложено на столе и возбуждало аппетит. Прошу к столу, завтрак подан, произнесла женщина, указывая ему на место против себя. Чай сейчас принесут. Отказываться Ленька и не думал. Пока проводник выставлял на столик стаканы с чаем, он присовокупил к продуктам собственные сделанные в Камышине запасы. Дождавшись, когда парень сядет, женщина белозубо улыбнулась и доверительно сообщила: Меня зовут Лида. "Интересно, насколько она меня старше, лет на пятнадцать наверное", мельком подумал Леонид и назвал свое имя. Ты живешь в Камышине? поинтересовалась она. Нет, ездил по делам. И я тоже по делам, у меня там сын учится в военном училище, не без гордости сообщила женщина. При упоминании об училище Ленька усмехнулся, говорить об этом не хотелось, хотя порассказать он мог многое, когда-то он и сам там учился, пока вовремя не одумался и не ушел в войска, а оттуда на гражданку. Но Лида была довольна судьбой своего сына и принялась подробно рассказывать об училище и обо всем, что ей удалось там увидеть. Парень слушал ее невнимательно и думал о своем. "Конечно, она уже не девочка, лет тридцать пять наверное или чуть больше. Но разве это возраст для женщины, конечно если следить за фигурой и лицом. А она, по всей видимости, следит. Такая женщина может дать фору семнадцатилетней девушке. Лицо красивым не назовешь, но довольно приятное, открытые голубые глаза, полные чувственные губы, небольшой чуть курносый носик. Но главное даже не это; как передашь это мерное движение груди, тем более когда знаешь, что там находится под тканью халата". А Леонид знал, утренняя сцена стояла у него перед глазами, и опять, как час назад, у него сладко заныло в паху, и так захотелось прервать Лиду, взять ее маленькую теплую ладошку и положить ее себе между ног, чтобы почувствовать прикосновения ее пальцев. От этих мыслей даже есть парню расхотелось. Словно уловив, о чем думает ее собеседник, Лида замолчала и виновато улыбнулась. Тебе наверное это не интересно? спросила она, глядя на парня широко открытыми и от того кажущимися наивными глазами. Но чего-чего, а наивности в них не было ни грамма, наоборот, что-то необъяснимо дерзкое таилось в них, манило парня, подталкивало его, обещая все или почти все из того, что он мог себе вообразить. Приоткрыв дверь в купе, заглянул мужчина, явно кавказского происхождения, скользнул взглядом по женщине и недовольно поморщился, наткнувшись на помрачневшее от его бесцеремонности лицо Леонида. Искатель приключений, охарактеризовал заглянувшего парень и поднялся, чтобы закрыть дверь. Хорошо, что я не одна в купе, ответила она. Леонид опять заглянул в ее глаза, словно спрашивая позволения на более смелые поступки, и получил его. А если бы я начал к вам клеиться? Клеиться? женщина насмешливо вскинула бровь. Это значит ухаживать? Пожалуй, это было бы даже интересно. Леонид не знал, что она имела в виду под словом "ухаживать", да это его и не интересовало, у него были собственные взгляды на происходящее и собственное понимание ее слов. Он повернул защелку замка и опустился на полку рядом с женщиной. Она доверчиво улыбнулась и отложила яблоко, которое до этого с удовольствием грызла. Он нежно взял руку Лиды, еще пахнущую свежестью яблочного сока, и поднес к своим губам. Он приложился к каждому пальчику на этой нежной ручке, а затем не останавливаясь скользнул вверх от запястья и, прочертив языком полоску на ее коже, замер там, где начиналась ткань халата. Женщина молчала, не возражая и не одобряя действия парня, только в голубых глазах ее поблескивали искорки возбуждения. Осмелев, Леонид расстегнул верхнюю
На проходной.
- Не испытывай наше терпение, Саша, - повысила голос Света, - Если ты не хочешь, чтобы мы рассказали о твоем поведении Валентине Степановне и она продлила твое наказание.
высокие путаны москвы
деевые проститутки москва
